Выборы в Грузии: больше, чем местное самоуправление

Политическая география Южного Кавказа
Sun, 03 Oct 2021 21:12:55 +0300

Количественные результаты выборов

На данный момент уже подсчитаны данные со всех участков по Грузии и по Тбилиси. Результаты складываются в пользу «Грузинской мечты», уверенно лидирующей и в среднем по Грузии получившей почти 47% при почти 31% за партию «Национальное движение». Сравним имеющиеся данные с результатами экзит-полов.

Таблица 1. Экзит-полы vs результаты выборов по Грузии

Партия

Организатор

Грузинская мечта

Национальное движение

За Грузию

Лело

Гирчи

Другие

Лидер | Иванишвили | Саакашвили | Гахария | Хазарадзе | Джапаридзе
Formula | 46 | 33 | 6 | 2 | 2 | 11
Imedi TV | 47.6 | 27.1 | 6.8 | 2.8 | 2.8 | 12.9
Среднее | 46.8 | 30.1 | 6.4 | 2.4 | 2.4 | 11.9
Выборы | 46.7 | 30.7 | 7.8 | 2.7 | 2.4* | 9.7

*включая обе партии, выступавшие с брендом Гирчи – и №36, и №45.

Можно сказать, что опросы дали в целом адекватную картину, особенно, если взять среднее между результатами основных опросов, что большой шаг по сравнению с прошлыми выборами, когда поллстеры искажали не только предвыборные опросы, но и поствыборные экзит-полы. См. также: Нищета электоральной социологии Грузии (2018).

Результаты выборов, скриншот с сайта ЦИК Грузии.

За впечатляющим отрывом «Грузинской мечты» в 16% от «Единого национального движения», однако, маскируется другая реальность, в которой на это превосходство можно посмотреть с другой стороны.

Таблица 2. Предварительные результаты местных выборов 2021 года и предыдущих выборов с пропорциональным распределением по партиям

Выборы | Дата | Грузинская мечта | Нац. движение | Отрыв (%) | Отрыв (раз) | Прочие партии
Местные* | Окт. 2021 | 46.68 | 30.70 | 15.98 | 1.52 | 22.62
Парламент | Окт. 2020 | 48.22 | 27.18 | 21.04 | 1.77 | 24.60
Местные | Окт. 2017 | 55.81 | 17.08 | 38.73 | 3.26 | 27.11
Парламент | Окт. 2016 | 48.68 | 27.11 | 21.57 | 1.80 | 24.21
Местные | Июнь 2014 | 50.82 | 22.42 | 28.40 | 2.27 | 26.76
Изменение за год | -1.54 | +3.52 | -5.06 | 0.86 | -1.98

* результаты за 2021 год предварительные

Из представленного, мы можем сделать следующие выводы. Отрыв «Грузинской мечты» от «Национального движения» постепенно сокращается на протяжении последних нескольких лет, что вызвано одновременным ростом «ЕНД» и спадом результатов «ГМ». При этом, в 2021 году «ЕНД» впервые в качестве партии вышло за свой электоральный резервуар, составляющий 27-28%, а результаты за прочие партии продолжили свое уменьшение. Это может говорить о процессе формирования двухпартийной системы в Грузии, хотя этот вывод еще очень сырой.

Основные и миноритарные игроки

Доля голосов, полученных миноритарными игроками, составила 22.14%, это самый низкий результат после 2012 года. На этот раз основным миноритарным игроком стал Георгий Гахария с партией «За Грузию». Гахария успешно провел Грузию через турбулентный 2020 год, но после разногласий с Иванишвили покинул пост премьера и ушел в самостоятельное плавание. В Грузии было много спекуляций относительно того, какую роль играет Гахария – то ли он спойлер от власти, который призван отнять голоса у оппозиции, то ли наоборот, нанесет власти сильный удар, оторвав голоса у нее. Как мы видим, Гахария скорее заместил других миноритарных игроков, не повлияв ни на «Грузинскую мечту», ни на «Национальное движение». Но в теории Гахария был более опасным для «Грузинской мечты», поскольку умеренно лояльный, но тем не менее, не всем довольный, электорат, мог бы голосовать за него. Как минимум, этот эффект мы видим в регионах, где Гахария получил больше всего голосов, а это в основном Западная Грузия и, в частности, Самегрело. Скорее всего, приезд Саакашвили сказался на Гахарии очень отрицательно, аккумулировав голоса вокруг основных полюсов.

В Грузии практически исчезли пророссийские партии. Партии консервативного толка «Демократическое движение» Бурджанадзе и «Альянс патриотов» ориентировались на Россию и в какой-то период времени (2011-2017) были довольно влиятельными на внутреннем поле. Но в последние годы они оказались не в состоянии вырваться за пределы своего электорального резервуара, диктовать повестку, а также столкнулись со шквальной критикой в СМИ и, в итоге, из этих двоих игроков на поле остался только «Альянс патриотов», да и тот получил лишь 1.46% голосов на этих выборах.

Что касается других миноритарных игроков, то, надо сказать, Иванишвили давно пытался сделать -«ставку» на более пеструю политическую палитру, то снижая проходной барьер, то (как считают многие в Грузии) содействуя расколу ЕНД на разные небольшие субъекты (оттуда выделилась Европейская Грузия, Гирчи и ряд других небольших субъектов). Но ставка на это доказала свою неэффективность: в прошлом году вся оппозиция объединилась вокруг идеи бойкота выборов и, по сути, стала больше католиками, чем Папа Римский, так что в штабе Иванишвили потеряли интерес к игре с малыми игроками. Причиной их всеобщего объединения стало то, что всем им стало слишком тесно на политическом поле Грузии – каждый из игроков получил очень небольшой процент, тогда как низкий проходной барьер и теоретическая возможность попасть в парламент создавали им иллюзию реального участия в политической жизни.

Однако причины раскола «Национального движения» следует искать в первую очередь внутри самой партии. Михаил Саакашвили, покинувший Грузию в 2013 году не только отошел от грузинской политики, но и вовлекся в украинскую. Но при этом лидерства партии он не оставил и пытался модерировать все процессы внутри партии, даже в процессе борьбы за лидерство в украинской политике, где у него пару раз появлялись кое-какие шансы. Он всегда выступал за радикальные действия, тогда как его соратники, оставшиеся в Грузии, были скорее за умеренную политику, что и приводило к расколу. Да и вообще управлять партией, физически не присутствуя в стране, довольно сложно – во-первых, есть риск выпадения из контекста, а во-вторых, это все больше раздражает соратников. Поэтому большинство бывших соратников Саакашвили покинули его партию, однако проценты популярности не ушли вслед за ними и остались за «Национальным движением».

Что же касается правящей «Грузинской мечты», то она, с одной стороны, все еще довольно уверенно сохраняет власть, в том числе благодаря контролю основного гандикапа власти на постсоветском пространстве – административного ресурса. С другой стороны, ГМ все еще не смогла создать целостного позиционирования себя – это все еще довольно рыхлое объединение людей, и нет уверенности, что оно сохранится целиком, если они потеряют власть на каком-нибудь повороте. Основной повесткой партии является политическая стабильность, умеренная социальная справедливость, а также сдерживание амбиций и радикализма ЕНД и лично Саакашвили. Но такие вещи хорошо работают при экономическом росте, а сейчас этого нет, более того, создалась иллюзия, что именно Саакашвили может обеспечивать экономический рост. Кроме того, во властной коалиции острая нехватка ярких кадров, сильных личностей, компетентных кадров. И это тоже сказывается на их популярности.

Возвращение Саакашвили и внешнеполитическая ситуация

Перед каждыми выборами Саакашвили обещал вернуться в Грузию, что уже стало выглядеть анекдотом. Поэтому, к его обещанию приехать в этот раз отнеслись довольно скептически. Однако на этот раз он все же прибыл в Грузию, причем общество не получило разъяснений о том, как это могло произойти. Здесь одно из двух – либо граница Грузии с Турцией (судя по тому, что он появился впервые в Батуми, он прибыл оттуда) дырявая, либо Саакашвили имеет некие рычаги, позволяющие преодолевать границу.

Саакашвили не из смелых людей, в чем все уже давно могли убедиться, причем приезжая в Грузию он знал, что его арестуют, а значит, он не боится этого ареста, тем более, что при задержании, он выглядел очень веселым, как если бы часть его плана реализовывалась бы точно по задуманному. Разумеется, в условиях постепенного снижения рейтинга правящей силы держать бывшего президента в тюрьме нелегко – тем более, что у него есть партия, представляющая шумное меньшинство и способная представить его в качестве политзаключенного как минимум для значительной части электората. Таким образом, нахождение Саакашвили в тюрьме не меньшая проблема для действующей власти, чем для него самого.

Задержание Саакашвили. Фото: Рейтерс

Добавим к этому, что уже были отклики из Украины, где Зеленский официально поддержал Саакашвили, а поскольку Украина заметно больше Грузии, это уже серьезный рычаг внешнеполитического давления на Грузинскую мечту. Но здесь есть и еще один контекст – определенные противоречия между грузинскими властями и Западом, накопившиеся в последнее время. Во-первых, есть определенный фон роста связей Грузии с Китаем, что было бы вполне приемлемым 10 лет назад, но сегодня в странах-клиентах Запада такое не допустимо. Во-вторых, слишком вольготно чувствующие себя в Грузии американские корпорации наталкиваются на противодействие со стороны государства, что нередко возводит частные противоречия на политический уровень. Такие же проблемы нередко возникают и в Украине, но в Грузии государственные институты более состоятельные и оказывают сопротивление прямому коммерческому давлению. 31 августа грузинское правительство отказалось от нового транша кредита ЕС размером в 75 млн евро, однако возникла коллизия: по мнению ЕС Грузия и так не выполнила своих обязательств и ей не полагался этот кредит. Все вышесказанное, однако, не очень существенно и никак не может свидетельствовать о конфликте. Важнее другое.

В последний период Запад стал прямым модератором внутриполитического процесса в Грузии. На фоне регулярных акций протеста, проходивших в 2018-9 гг., посольство США и представительство Евросоюза в Грузии выступили совместно и призвали стороны к диалогу. Диалог действительно начался и 8 марта 2020 года при посредничестве посольства США был заключен меморандум о взаимопонимании между властью и оппозицией Грузии, на основании которого предполагалось проведение выборов и урегулирование споров. В соглашении были учтены соображения и Грузинской мечты, и Национального движения, но в какой-то момент власти перестали себя стеснять этим соглашением. После этого, осенью 2020 года прошли выборы, на которых Грузинская мечта победила со значительным перевесом, и лишь упрочила свое положение. Судя по всему, административный ресурс использовался, хотя и не оказал значительного влияния на результаты выборов. Оппозиция отказалась входить в парламент (такое уже было после парламентских выборов 2008 года), диппредставительства США и ЕС призвали власти и оппозицию к переговорам.

В феврале 2021 года за организацию беспорядков и столкновения с полицией был арестован Ника Мелия, один из лидеров Национального движения, что немедленно вызвало ответ со стороны посольства США, что в результате привело к освобождению Мелии. Оппозиция требовала санкций против властей Грузии. В мае Мелия был освобожден под залог, выплаченный Европейским фондом за демократию, являющимся официальным фондом ЕС.

После выборов 2020 года вновь начался процесс переговоров между властью и оппозицией при внешнем посредничестве. 19 апреля было подписано соглашение, названное «Планом Мишеля» (Шарль Мишель – председатель Европейского совета ЕС); см. текст на рус. После заключения этого соглашения сначала часть оппозиции, а потом и другие партии – вошли в парламент, что приостановило политический кризис в стране. При этом, предполагалась амнистия для людей, задержанных в рамках дела по протестам 2019 года, а также обязательство «Грузинской мечты» провести внеочередные выборы в парламент в случае, если на местных выборах она наберет менее 43% (при этом, поскольку изменился избирательный кодекс, «ГМ» больше не могла бы рассчитывать на увеличение представительства благодаря мажоритарным округам).

В июле в Грузии была попытка провести гей-парад, что в итоге привело к столкновениям, а премьер-министр Гарибашвили посоветовал отказаться от идеи проведения шествия. Это также вызвало недовольство иностранных диппредставительств и давление на власти Грузии с намеками на возможность введения санкций. В итоге, выполнив лишь часть обязательств, в июле «Грузинская мечта» вышла из «Плана Мишеля». «Грузинская мечта» считала, что принятие указанных условий размывает ее легитимность и, даже если она получает больше определенных 43%, все равно ее позиции становятся неустойчивыми и решила заблаговременно оградить себя от этого, понимая, что будет и ответная реакция. В ответ, американское посольство сделало официальное заявление о том, что у Грузии «проблемы с движением на пути к демократии».

Вот на этом фоне Саакашвили приезжает в Грузию. Выше были перечислены факты. А теперь давайте их вкратце проанализируем. Запад (ЕС и США, чаще всего совместно) стал уже не только модератором, но и участником внутриполитических процессов в Грузии. Оппозиция апеллирует к Западу, требует поддержки и ее нередко получает. С одной стороны, участие Запада предотвращает односторонние действия со стороны власти, с другой – нарушения закона «Национальным движением» не находят осуждения, напротив, нарушители оказываются на свободе. Именно из-за этого сложно считать вовлечение западных диппредставительств нейтральным посредничеством. В конце концов, когда Саакашвили был у власти, и выборы довольно грубо фальсифицировались, никаких осуждений властей Грузии не было, сейчас же, когда проблемы с процедурами есть, но они заметно мягче, реакция непропорциональная. И на эту реакцию Саакашвили и рассчитывает. Будет ли она сейчас - отдельный вопрос; уверенности, что Запад напрямую поддержит Саакашвили не может быть, но и ожидать, что его бросят на произвол судьбы и он отсидит свои 8 лет в грузинской тюрьме тоже сложно представить. Тем более, что по мере истечения такие сроки иногда начинают увеличиваться...