Путин, Евкуров, Кадыров и калым

Северный Кавказ сквозь столетия. Наима Нефляшева
Sun, 29 Jan 2012 00:34:48 +0400

Наступление на калым не ограничилось постановлением 1922 года ЦИКа Горской республики, во второй половине 1920-х вносятся дополнения в УК РСФСР, предусматривавшие санкции за бытовые преступления, к коим были отнесены умыкание, калым, брак с малолетними, многоженство, кровомщение.

Новый Уголовный Кодекс активно обсуждался во всех автономиях Северного Кавказа. В Ингушетии, например, предлагали пойти на «уступки» обычаю и сохранить «условный калым» в размере 25 копеек, а в Адыгее, всегда самой передовой автономии в 1920-е годы (потому что область всегда рапортовала о завершении почти всех советских кампаний первой), предлагали усилить карательные санкции, ввести ответственность духовных лиц за бытовые преступления, а также не допускать примирения сторон по бытовым преступлениям.

Как форма борьбы с калымом практиковалось его изъятие - "за несколько месяцев 1923 года, - писала «Красная Кабарда» в 1923 году, - в четырех округах Кабардино-Балкарии у виновных в уплате и получении калыма было конфисковано 10 лошадей, 102 головы крупного рогатого скота и 600 пудов зерна".

В окончательной редакции УК РСФСР был дополнен Х статьей в 1928 году. Впервые за обычай вводилось уголовное наказание. Уплата и получение калыма наказывались лишением свободы или принудительными работами сроком до 1 года (получение калыма, кроме того, его конфискацией или соответствующим штрафом).

Однако все это считалось недостаточным и к этой тяжелой артиллерии в виде статьи в УК для борьбы с калымом на всем Северном Кавказе вводились показательные суды, в том числе и театрализованные, создавались отделы работниц и крестьянок, или женотделы. В документах того времени появляются понятия "женский актив", "женорганизаторы" и т.д.

Женщина все более отрывалась от своего привычного круга обязанностей, ментальных установок, разрушались стереотипы женского поведения и в целом женское культурное пространство.

Такие газеты, как «Горская правда», «Красная Кабарда», «Адыгейская жизнь», вели «страницу горянки», где чуть ли не в каждом номере публиковалсиь статьи с примерно такими заголовками «Уничтожьте калым!», «Когда же конец варварским обычаям над горянкой?».

Однако калым сохранялся, но в других формах – иногда натуральный калым заменялся денежным, который легко было скрыть от властей. Или оформлялась фиктивная сделка на куплю-продажу какого-то имущества – якобы семье невесты давали ссуды на покупку приданого, свадебного угощения и т.д. В такой форма уплата калыма сохранялась и 1930-1960-е.

Никакие спектакли, показательные акции и лекции агитаторов не смогли отменить этот обычай – и сейчас уплата калыма существует у всех народов Северного Кавказа. Пожалуй, кроме кубанских ногайцев (в отличие от чеченских ногайцев), где родственники жениха и невесты только обмениваются подарками, а брачный выкуп не платится.

В Адыгее сегодня средняя сумма составляет 40-50 тыс рублей, в КЧР – от 30 до 100 тыс, в Чечне – до 80 тыс, в Дагестане побиты все рекорды и суммы калыма достигают 200-500 тыс. рублей. Кстати, черкесы, репатриировашиеся из Турции или Сирии, в 1990-е годы женившиеся на местных девушках, приносили в их семьи чисто символический калым, что сначала вызывало удивление…

Тебу де Мариньи. 1818. Умыкание невесты

Большие суммы калыма сегодня приводят к тому, что число браков умыканием растет

Огромным размером калыма сегодня озабочены и муфтиаты, и служители культа, и даже первые лица субъектов РФ – Юнус-Бек Евкуров и Рамзан Кадыров публично высказывались о необходимости фиксированной ставки брачного выкупа. Суммы калыма официально повышали на мусульманских конференциях в связи с инфляцией, однако в реальности брачный выкуп больше, чем это зафиксировано в решениях духовных лиц.

В Ингушетии, например, сегодня официально калым повышен с 12, 5 тысяч до 40 тысяч рублей. А Рамзан Кадыров поставил вопрос о выплате 1 млн рублей калыма для человека, вступающего в брак второй раз.

Не так давно Владимир Путин на встрече с Евкуровым тоже коснулись темы калыма. Не могу удержаться, чтобы не привести стенограмму этой встречи:

В.В.Путин: ... А вообще, я посмотрел с интересом на предложения религиозных лидеров повысить калым.

Ю.Б.Евкуров: Калым, да.

В.В.Путин: С 12,5 тыс. до 30 тыс. рублей - как было отмечено, в связи инфляцией.

Ю.Б.Евкуров: Инфляцией, да.

В.В.Путин: Обращаю Ваше внимание, что инфляция в Российской Федерации предусматривается на уровне шести с небольшим процентов по году. Так что, если с 12,5 тыс. повышать калым до 30 тыс. - это больше, чем инфляционные ожидания. Не нужно порождать инфляционных ожиданий. А вообще-то, если говорить откровенно, калым - это даже не совсем исламская традиция. С этим еще нужно внимательно разобраться.

Ю.Б.Евкуров: Да, но здесь-то вопрос... Хорошо, что мы эту мусульманскую конференцию провели. Такой в последние пять лет не было. Мы здесь хорошие вопросы обсудили. И о повышении калыма сами жители решили - не то что мы приняли решение. И потом, надо понимать, что этот калым не дяде в карман идет, а для семьи - невесту одевают, обувают, ребенку что-то покупают.

Калым в 2000-е гг. стал символом благополучия, престижа, «вишенкой на торте», которая как бы красивое дополнение к десерту, но, если чрезмерно сладкая и в безвкусном желе, уже - лишнее украшение. Впрочем, для кого-то лишних украшений не бывает…